— Ну, тогда плати долг. Будешь платить дядьке вчерашний долг?
— Точно так.
— За себя еще получишь столько же. Дайте ему для начала сто. Я из тебя выбью блох. Штык, Штык, покажи ему, как лечь.
— Не робей, привыкай, — потихоньку шептал Берку Штык, помогая раздеваться. — Штаны положи под себя. Куртку сверни под голову. Если кричать не хочешь, кусай пальцы.
Плыла лебедь… Плыла лебедь с лебедятами…
Плыла лебедь с лебедятами,
Со малыми… Со малыми… Со малыми дитятами… —
пел тонкий и очень жалостный голос.
Звуки этой песни было первое, что проникло в существо Берка, когда он вернулся к жизни. Песня была как маятник часов, своим тиканьем говорящий, что время идет. Второе, что услышал Берко, — это звучные и четкие удары маятника больших часов. Берко открыл глаза и увидел, что на белой стене висят большие часы с двумя медными гирями и длинным маятником.
Тик, малыми, так, малыми,