— Хм! Ходят еще некоторые, шалями покрывшись, в шляпах — видал. А то больше все с золотыми пуговицами в шинели. А тебе зачем?
— Да, видишь, как до дела дошло — у нас никто толком не знает, куда ткнуться, кому прошение послать.
— Ступай на Хитров рынок: там тебе какое хошь прошение напишут…
— Ну, что вы за люди, — горестно попрекнул знакомого Анисимыч — в Москве живете, ничего не знаете…
— Верно: какие мы люди — клячи водовозные — это так…
Петр впрягся и начал раскачивать из стороны в сторону сани, примерзшие ко льду за разговором. Натянув постромки, он сдвинул сани и повез, плеская с краю воду…
— Заходи уж о — чай пить в трактир пойдем! — пригласил он земляка уже на-ходу…
Через весь город ткач пошел в Хамовники на фабрику Гюбнера. В проходной поймал смоленского. Коротенько, рассказал и ему про Морозовскую историю. Земляк послушал и спросил Анисимыча:
— Ну, — а что из деревни пишут? Озимые как, под снега ушли?..
— Я не сеял, не знаю, — сердито буркнул ткач. — Ты скажи мне, нет ли у вас тут знающих людей, кто с деятелями знаком…