— Да вот, мой ангел, напишу тотчас Трубецкому записку, пускай он пошлет пристава для первого начала попутать этих фараонов — уж полиция знает, что за ними всегда водятся грешки…
— Для начала это будет хорошо…
Придуманное старухами средство произвело действие более сильное, чем они сами рассчитывали. Частный пристав, нагрянув в цыганский табор, обнаружил, что цыганка Аршлания вовсе не цыганка, а та самая питомка Лейла, что убежала от конвоиров и несколько уже времени разыскивается московской полицией. Мнимую цыганку взяли в острог и в колодке отправили в Смоленскую губернию в горяновское поселение питомцев.
Узнав эту новость, Друцкая слегла в постель, вспомнив старую историю с Лейлой. Не менее того была расстроена и Гагарина. Молва приписала выдачу Лейлы князю Андрею, и снова воскресла сплетня, что у Гагариных на конюшне была наказана «царская дочь». Пересудам не было конца. Друцкой увидел в исчезновении Лейлы руку матери и не хотел навестить ее в постели. Мать, чтобы помириться с сыном, всю вину взвалила на Гагариных. Встретясь с Андреем Гагариным, Друцкой сказал ему:
— Князь, вы хотели знать, что тогда сказала вам цыганка…
— Что же?
— Она сказала вам: «О злая жаба!» (О пниляш дьянба!).
Гагарин схватился за саблю. Их розняли. На следующий день произошла дуэль в Сокольниках, и Гагарин был убит Друцким.
II. О глухом царе, который, видя курицу, готов по уговорам царедворцев счесть ее за петуха
Хозяйство у новых горяновских поселенцев не клеилось. Хрущов с бычьим упрямством принялся заводить в колонии питомцев аракчеевские порядки.