- Ладно, ладно… То-то, брат землячок, я бы уж давно поднес, да винца-то купить не на что; у меня в кармане-то Иван-тощий… право слово, Иван-тощий!..
- Рассорил, стало быть?..
- Все деньги, которые были, все решил - фю! - свистнул Фуфаев и махнул рукою.
Балдай снова закатился. Нижегородец подал штоф Зинзивею, который начал так пить, как будто поднесли ему самого горького лекарства; тем не менее штоф оказался наполовину пустым, когда возвратился к товарищу; после этого Зинзивей подмостил себе под голову тулупчик, испустил три глубокие вздоха и завалился спать.
- Ну уж, брат, и меня угости, - произнес заигрывающим голосом Балдай, когда штоф перешел из рук вожака к Фуфаеву.
- А за что тебя угощать? что зубы-то скалишь?..
- Нет, так, для компании, - ухмыляясь, с какою-то неловкостью сказал
Балдай.
- Для компании мы будем пить вот с кем! - вымолвил вожак, похлопывая по плечу Фуфаева.
- Ну, бог с тобой… на, пей! - отдуваясь, произнес слепой, подавая Балдаю штоф, до того осушенный внутри, что, казалось, вино в нем было огнем выжжено.