- одно дело справили, теперь другое… Слышь: дай винца! Вот и Верстан скажет…
- Что ж! можно, - произнес Верстан.
- И я бы уж, так и быть, выпил, - сказал расходившийся Филипп.
- Много у вас прислужников-то в кабак ходить! Ничаво, и так уснете, - возразила Грачиха с меньшею, однакож, суровостью, чем когда отказала в той же просьбе Филиппу.
- Зачем в кабак? Э, полно! Поищи-ка, тетка; авось у тебя найдется…
Присутствующим очень хорошо было известно, что в подвале знахарки находится запас штофов, которые достались ей за труд, то есть даром, и она радовалась всегда случаю сбывать провизию за деньги; эта продажа доставшихся ей запасов составляла одну из главных отраслей ее доходов. Нельзя было, однакож, высказать прямо свою готовность: необходимо было прежде поломаться; основываясь на этом, она повернулась к ним спиною и принялась бормотать что-то сквозь зубы.
- Ну, полно же, тетка, полно! пошевеливайся… на чистые ведь деньги берем… али не веришь? смотри…
Фуфаев торопливо вынул из-за пазухи небольшой кошелек из холстины, болтавшийся на веревке; развязав его зубами, он высыпал на ладонь медные гроши, в числе которых сверкнули серебряные мелкие монеты, и принялся считать их с невообразимою быстротою и ловкостью.
- Давай складчину, ребята… по гривеннику с брата!.. Давай, Верстан.
Верстан вынул из-за пазухи такой же точно мешочек и отсчитал несколько медных пятаков. Ощупав их и убедившись, что счет верен, Фуфаев обратился к старику, который сначала делал вид, будто ничего не слышит, потом начал жалобно уверять, что у него всего два гроша, и наконец решительно объявил, что пить не станет. Филипп между тем привстал с места, отвел старуху в угол и начал с нею шептаться.