— Короли всегда так. Их пугают великие замыслы, но победителей они приветствуют, надеясь пожать плоды их побед.
— Что ты говоришь, Диего! — в ужасе воскликнул Mapкена. — Этому ли тебя учили при дворе?
— Конечно, это так, — упрямо сказал Диего. — Португальский король теперь пошлёт своих капитанов по следам твоих каравелл и попытается перехватить у нас золото Индии.
— Семь месяцев прошло с тех пор, как я покинул Палос, — сказал Колумб. — Переход в ту сторону я сделал в семьдесят один день; обратный путь был много быстрее и легче, хотя в течение тринадцати дней меня теснили бури. Скоро плаванье по морю Тьмы станет простой увеселительной прогулкой, приятнее, чем плаванье у наших берегов, потому что море там спокойнее, ветры ровны и воздух полезен для дыхания.
В дверь негромко постучали, и послушник просунул в комнату голову.
— Сейчас вернулась «Пинта», — сообщил он. — Она пришла потихоньку, как будто тайком. Она совсем истрепалась, а Пинсон болен и заперся в своём доме.
— Он боится, как бы я не наказал его за то, что он пытался покинуть меня, — сказал Колумб. — Но я не собираюсь мстить ему. Он и так заболел от злобы и зависти.
Несколько дней в Рабида прошли спокойно и радостно. Маркена выздоравливал и уже спускался в свой садик, опираясь на руку Диего. Из Палоса подымались моряки со своими семьями и с восхищением смотрели на Колумба, а он выходил к ним с улыбкой, озарявшей довольством его лицо.
Вскоре вернулся гонец, посланный к королям. Он сообщил о том глубоком впечатлении, которое произвела при дворе его весть. Слава новых западных владений затмила собой завоевания мавританских войн.
Короли готовили Колумбу небывалую встречу. И города, лежащие по пути, уже соревновались друг с другом, желая оказать изумительные почести великому мореплавателю, открывшему новый мир.