— Но я же сам видел и слышал...
— А этого вы не слышали, что вчера было заседание комиссии и учёные господа сочли ваш план плодом фантазии или далее просто шуткой? Вообще все эти плаванья требуют огромных средств и тем угрожают государственной безопасности.
— Я буду жаловаться, — в бешенстве сказал Колумб. — Вы прикинулись ласковой овечкой, хитростью выманили у меня мой план, пожалели заплатить мне, забывая о том, что я привёз бы вам богатства бóльшие, чем те, которые вы затратили бы на меня, и послали в это плаванье труса, который погубил всё дело. А теперь вы тоже струсили и сваливаете всё на комиссию. Я уверен, что никакой комиссии и не было вовсе. Вы просто водили меня за нос, хотели протянуть время, пока ваш капитан успеет съездить на Чипанго и обратно. Как будто это так просто. Как будто для этого предприятия не нужно отважное сердце и смелый ум! Вы бесчестный лгун!
— Перестаньте кричать, а то я прикажу вас вывести, — спокойно сказал секретарь. — Вам ведь и так с избытком заплачено за ваш дерзкий проект.
Дома Колумба ждала хозяйка со счётом, который оказался больше, чем они предполагали, и соседка, у которой Диего повредил курице лапку, когда играл во дворе, и теперь эта курица ничего не стóит и даже в суп не годится, и сосед, у которого они выпили бутылку вина и забыли заплатить, и пирожник, у которого Диего брал в долг печенье, и башмачник, который наложил им подмётки в день приезда.
— Вы во-время пришли, — с горькой усмешкой сказал Колумб.
— А ещё бы не во-время! — ответила хозяйка. — Вы, небось, думали, что будете топить на Чипанго наших моряков, а сами здесь сладко пить и есть и денег не платить? Если завтра к утру не заплатите, судья посадит вас в тюрьму.
— В тюрьму, в тюрьму, — завопили все остальные, — в тюрьму!
— Хорошо, — крикнул Колумб, — завтра вы меня посадите в тюрьму, а сейчас убирайтесь вон. Все, живо!