Но Нильс покачал головой, и на душе у него помрачнело.
— Я же скрипач, — пояснил он, — хижина, которую я построю, будет невелика. Когда сапожник ненавидит свое ремесло, начинают хромать его заказчики; и вскоре он сам останется ни с чем, без работы.
— Вон, взгляни на березки! — сказала ему Гудрун, показывая на деревья. — Они клонятся друг к дружке. Я часто любуюсь ими, они тоже, как мы с тобой, любят друг друга.
— А видишь свежую рубку на березовой коре? — спросил Нильс. — Они уже мечены, к осени их срубят!
Тут гул прошел по бескрайним лесам и перекинулся на березовую рощу. Это к ним издалека донесся шепот водопада.
— И все равно, — сказала Гудрун. — И все равно я приду к тебе! Хочешь?
— Не могу на это решиться, не смею, — ответил он. — Крыша над головой, пожалуй, у нас будет, но, когда нет хлеба, одной любовью не проживешь.
Гудрун сидела молча.
— Теперь на скрипке играет Дух водопада, — сказала она. — Послушай!
Нильс прислушался. Ему показалось, что из шумного водопада до него доносятся отрывки какой-то дикой, гнетущей музыки. Она проникла ему в самое сердце, и его охватил страх. Взглянув на него, Гудрун сказала: