Шериф умолк в ожидании ответа. Пытаемый даже не пошевельнулся.
Шериф продолжал:
-- Человек, молчание -- это прибежище, в котором больше риска, чем надежды на спасение. Запирательство пагубно и преступно. Кто молчит на суде, тот изменник короне. Не упорствуйте в своем дерзостном неповиновении. Подумайте о ее величестве. Не противьтесь нашей всемилостивейшей государыне. Отвечайте ей в моем лице. Будьте верным подданным.
Пытаемый захрипел.
Шериф продолжал:
-- Итак, по истечении первых трех суток испытания наступили четвертые. Человек, это -- решительный день. Очная ставка законом предусмотрена на четвертый день.
-- Quarta die, frontem ad frontem adduce [на четвертый день назначь очную ставку (лат.)], -- пробормотал законовед.
-- Мудрость законодателя, -- продолжал шериф, -- избрала этот последний час для получения того, что наши предки называли "решением смертного хлада", поскольку в такое мгновение принимается на веру бездоказательное утверждение или отрицание.
Законовед снова пояснил:
-- Judicium pro frodmortell, quod homines credensi sint per suum ya et per suum na. Хартия короля Адельстана. Том первый, страница сто семьдесят третья.