Дѣйствительно, учащенные удары въ дверь послышались среди шума и завыванья свирѣпѣющей бури.
-- Наконецъ-то! Это Николь!
Съ этими словами старуха схватила ночникъ и поспѣшно спустилась внизъ.
Наши путешественники не успѣли обмѣняться ни однимъ словомъ, услыхавъ внизу смѣшанный шумъ голосовъ, среди которыхъ явственно раздались слѣдующія слова, произнесенные тономъ, заставившімъ содрогнуться Спіагудри.
-- Молчи, старуха, мы останемся. Молнія влетаетъ въ запертыя двери.
Спіагудри придвинулся къ Орденеру.
-- Господинъ! -- простоналъ онъ: -- Мы погибли!...
Стукъ шаговъ послышался на лѣстницѣ и въ комнату вошли два человѣка въ священническихъ одеждахъ, въ сопровожденіи испуганной хозяйки.
Одинъ изъ нихъ высокаго роста носилъ черный костюмъ и круглую прическу лютеранскаго пастора; другой, малорослый, одѣтъ былъ въ рясу отшельника, опоясанную веревкой. Изъ подъ капюшона, спускавшагося на его лицо, виднѣлась черная борода, а руки были спрятаны въ длинныхъ рукавахъ рясы.
При видѣ миролюбивой наружности вновь прибывшихъ, Спіагудри пришелъ въ себя отъ ужаса, внушеннаго ему страннымъ голосомъ одного изъ нихъ.