-- Эй! сказалъ генералъ Шангарнье:-- отворите наши кельи и дайте намъ походить, какъ вы, по корридору.
-- Намъ это запрещено, генералъ, возразилъ городской сержантъ. За фургономъ въ коляскѣ сидѣлъ полицейскій комиссаръ и видѣлъ оттуда все, что здѣсь происходитъ.
Однакоже, нѣсколько минутъ спустя, сержанты, подъ предлогомъ холода, опустили матовое стекло, которое скрыло корридоръ отъ глазъ коммиссара и, "блокировавъ такимъ образомъ полицію", по выраженію одного изъ нихъ, отворили кельи узниковъ.
Четыре представителя были очень рады увидѣться и пожать руки другъ другу. Въ этомъ изліяніи чувствъ каждый держалъ себя, соотвѣтственно своему темпераменту. Ламорисьеръ, бѣшеный и остроумный, накидывался со всею своей военной энергіей на "Бонапарта"; Кавеньякъ былъ спокоенъ; хладнокровенъ, Шангарнье былъ молчаливъ и глядѣлъ сквозь отверстія на окрестность. Сержанты отъ времени до времени рѣшались произнести нѣсколько словъ. Одинъ изъ нихъ разсказалъ узникамъ, что эксъ-префектъ Карлье провелъ ночь съ 1-го на 2 е въ полицейской префектурѣ. "Что касается меня, прибавилъ онъ:-- то я оставилъ префектуру въ полночь, но я видѣлъ его тамъ до самаго того времени и могу подтвердить, что въ полночь онъ былъ еще тамъ".
Они пріѣхали въ Крейль, потомъ въ Нойонъ. Въ Нойонѣ имъ дали позавтракать, не позволяя выйти изъ фургона. Закусивъ стоя, они выпили по стакану вина. Полицейскіе комиссары не сказали имъ ни слова. Затѣмъ, ихъ заперли снова, и они почувствовали, что фургоны снимаютъ съ платформъ и ставятъ на колеса. Явились почтовыя лошади, и фургоны поѣхали, но шагомъ. Теперь ихъ сопровождала рота подвижныхъ жандармовъ пѣшкомъ.
Десять часовъ находились они въ арестантскихъ фургонахъ, до той минуты, какъ оставили Нойонъ. Между тѣмъ, пѣшій конвой сдѣлалъ остановку. Они попросили позволенія выйти на минуту.
-- Мы согласны, сказалъ одинъ изъ полицейскихъ комиссаровъ:-- но только на минуту, и если вы дадите честное слово не бѣжать.
-- Мы не даемъ честнаго слова, отвѣчали узники.
-- Господа, возразилъ комиссаръ:-- дайте его мнѣ только на одну минуту, на время, достаточное для того, чтобы выпить стаканъ воды.
-- Нѣтъ, но на время, чтобы сдѣлать противное, сказалъ генералъ Ламорисьеръ. И прибавилъ: -- за здоровье Луи Бонапарта!