Членъ правой, Керанфлекъ, подошедшій къ нимъ, счелъ нужнымъ поддержать это мнѣніе. "И притомъ подумайте о возрастѣ Кератри! прибавилъ онъ.-- Это безуміе. Избирать вождемъ восьмидесятилѣтняго старика, въ такую опасную минуту!"
Но Эскиросъ воскликнулъ: Плохой аргументъ! Восемьдесятъ лѣтъ -- это сила.
-- Да... когда они внушаютъ почтеніе! возразилъ Кольфиврю.
-- Нѣтъ ничего внушительнѣе, продолжалъ Эскиросъ:-- восьмидесятилѣтняго старца.
-- Прекрасно, когда предсѣдательствуетъ Несторъ! прибавилъ Шаміо.
-- Но не Жеронтъ, сказалъ Викторъ Геннекенъ.
Эти слова положили конецъ преніямъ. Кератри былъ устраненъ. Гг. Жюль Ластери и Леонъ де-Малевиль, два человѣка, уважаемые всѣми партіями, взялись уговорить представителей правой. Положили, что будетъ предсѣдательствовать бюро. Пять членовъ его были на лицо: два вице-президента гг. Бенуа д'Ази и Вите; и три секретаря гг. Гримо, Шапо и Муленъ. Другіе два вице президента -- генералъ Бедо и Дарю находились: первый въ Мазасѣ, второй -- подъ домашнимъ арестомъ. Изъ остальныхъ трехъ секретарей, двое, Пепенъ и Лаказъ -- елисейцы -- не явились; а третій, Ивонъ, членъ лѣвой, присутствовалъ на сходкѣ, происходившей въ улицѣ Бланшъ почти въ ту же самую минуту.
Но вотъ на крыльцѣ мэріи показался приставъ (huissier) и крикнулъ, какъ въ самые мирные дни собранія: "Гг. представители, пожалуйте въ засѣданіе!"
Этотъ приставъ, принадлежавшій къ собранію, и послѣдовавшій за нимъ, раздѣлялъ во весь тотъ день его участь -- включая сюда и задержаніе на набережной Орсэ.
При появленіи пристава, всѣ представители, остававшіеся на дворѣ, и между которыми находился одинъ изъ вице-президентовъ, г. Вите, поднялись въ залу, и засѣданіе началось.