Около десяти часовъ вечера -- суматоха на дворѣ. Двери и рѣшотки съ большимъ шумомъ поварачивались на своихъ петляхъ. Приближалось нѣчто, рокотавшее подобно грому. Представители, наклонились къ окнамъ и увидали остановившійся внизу лѣстницы какой-то большой продолговатый сундукъ, окрашенный черною, жолтою, красною и зеленою краскою, на четырехъ колесахъ, запряженный четырьмя почтовыми лошадьми и окруженный людьми въ длинныхъ сюртукахъ, съ свирѣпыми физіономіями и факелами въ рукахъ. Въ темнотѣ и при помощи воображенія, эта колесница казалась вся черною. Въ ней виднѣлась дверь, но не замѣчалось никакого другого отверстія. Она похожа была на большой движущійся гробъ.
-- Что это такое? Не дроги-ли?
-- Нѣтъ, это арестантская фура.
-- А эти люди? могильщики?
-- Нѣтъ, тюремные служители.
-- За кѣмъ же она пріѣхала?
-- За вами, господа! вскричалъ какой-то голосъ.
Это былъ голосъ офицера; а появившійся экипажъ былъ дѣйствительно арестантскою телегой.
Въ тоже время раздалась команда:
-- Первый эскадронъ на лошадей! Пять минутъ спустя, уланы, которые должны были сопровождать фуры, выстроились на дворѣ въ боевомъ порядкѣ.