Нѣтъ.
Въ семь часовъ утра, сторожъ входилъ снова, здоровался съ представителемъ, приказывалъ ему встать, свертывалъ койку и засовывалъ ее въ углубленіе подъ потолкомъ.
Но, въ такомъ случаѣ, слѣдовало собственною властію, снова "хватить койку, развернуть ее, повѣсить и лечь на ней!
Очень хорошо -- въ темную!
Таковы были порядки. Койка для ночи и стулъ для дня.
Будемъ, однако справедливы. Нѣкоторымъ были даны кровати; въ томъ числѣ Тьеру и Роже (du Nord). Греви не получилъ таковой.
Мазасъ -- тюрьма прогрессивная; Мазасъ несомнѣнно лучше свинцовыхъ казематовъ Венеціи и подводныхъ темницъ Шатле. Онъ сооруженъ филантропіею доктринеровъ. Однако же, вы видите, что Мазасъ оставляетъ еще желать многаго. Признаемся, что, съ извѣстной точки зрѣнія, непродолжительное одиночное заключеніе законодателей въ Мазасѣ не совсѣмъ безполезно. Въ этомъ государственномъ переворотѣ, можетъ быть, нѣсколько участвовало Провидѣніе. Помѣстивъ законодателей въ Мазасѣ, Провидѣніе дало имъ хорошій урокъ. Покушайте своей стряпни; не мѣшаетъ, чтобы тѣ, которые строятъ тюрьмы, испробовали ихъ сами.
XVI.
Происшествіе на С.-Мартенскомъ бульвара.
Когда мы съ Шарамолемъ подошли къ дому No 70. въ улицѣ Бланшъ, пустынной и идущей въ гору, какой-то человѣкъ прохаживался передъ подъѣздомъ взадъ и впередъ. На немъ было что-то въ родѣ мундира морского унтеръ-офицера. Дворничиха, узнавшая насъ, указала намъ на него.