-- Вы меня не знаете, сказалъ онъ -- Мое имя -- Милльеръ. Но я васъ знаю; вы -- Боденъ.
Боденъ протянулъ ему руку.
Я присутствовалъ при взаимномъ рукопожатіи этихъ двухъ людей, теперь уже двухъ призраковъ... Ксавье Дюррьё, редакторъ "Революціи", сдѣлалъ тоже самое предложеніе, что и Милльеръ; человѣкъ двѣнадцать представителей взяли перья и, усѣвшись, кто вокругъ стола, кто съ листомъ бумаги на колѣняхъ, сказали мнѣ: Диктуйте намъ прокламацію.
Я продиктовалъ Бодену: "Луи Наполеонъ Бонапартъ измѣнникъ". Жюль-Фавръ потребовалъ, чтобы вычеркнули слово Наполеонъ: это имя говорило о славѣ и имѣло роковое, могущественное вліяніе на армію и народъ. "Вы правы", сказалъ я.
Завязался споръ. Нѣкоторые хотѣли, чтобы было вычеркнуто слово "принцъ". Но собраніе стало выражать нетерпѣніе. Раздавались крики: скорѣй! скорѣй!-- Не забудьте, что у насъ декабрь; дни коротки, повторялъ Жуаньо.
Двѣнадцать копій были готовы въ нѣсколько минутъ. Шёльхеръ, Рей, Ксавье-Дюррьё, Милльеръ взяли по одной и отправились на поиски типографіи. По выходѣ ихъ, человѣкъ, котораго я не зналъ, но котораго многіе представители дружелюбно привѣтствовали, вошелъ и сказалъ: Граждане! на этотъ домъ ужь указано. Послали солдатъ, чтобы окружить васъ. Вы не должны терять ни минуты.
Нѣсколько голосовъ закричали: "Ну, что-жь! Пускай насъ берутъ!" -- "Пускай онъ довершитъ свое преступленіе".
-- Товарищи, воскликнулъ я:-- не дадимъ себя арестовать. Послѣ борьбы -- какъ Богу угодно; но до борьбы -- нѣтъ! Отъ насъ народъ ждетъ импульса. Если насъ возьмутъ -- все кончено. Нашъ долгъ завязать бой; наше право скрестить мечи съ насильственнымъ переворотомъ. Нужно, чтобъ онъ не могъ взять насъ; пусть онъ насъ ищетъ и не находитъ. Нужно обмануть руку врага, протянутую съ тѣмъ, чтобъ схватить насъ; скрыться отъ Бонапарта, утомить, истощить, изумить его; исчезать и появляться ежеминутно, перемѣнять убѣжище и не переставать бороться; быть всегда передъ нимъ и никогда подъ его рукой. Не отступимъ назадъ. Мы не можемъ взять численностью, возьмемъ отвагой!-- Сонной согласились.-- "Это справедливо. Но куда мы пойдемъ?"
Лабруссъ сказалъ:-- Нашъ бывшій товарищъ, по учредительному собранію, Беле, предлагаетъ домъ свой.
-- Гдѣ онъ живетъ?