Я началъ съ того, что совершенно разодралъ завѣсу, скрывавшую положеніе. Я въ четырехъ словахъ представилъ картину его: конституція брошена въ потайную яму; члены собранія, съ помощью ружейныхъ прикладовъ, отведены въ тюрьму; государственный совѣтъ разсѣянъ; верховный судъ разогнанъ полицейскимъ агентомъ. Луи Бонапартъ, очевидно, начинаетъ торжествовать побѣду. Парижъ задавленъ войсками; повсюду оцѣпенѣніе, всякая власть попрана, всѣ договоры нарушены. Остались только -- переворотъ и мы.
Мы! Но что мы такое? Мы -- правда и справедливость. Мы -- высшая власть, воплощеніе народа, право!
Я продолжалъ:
Луи Бонапартъ, каждую минуту подвигается на одинъ шагъ впередъ въ своемъ преступленіи. Для него нѣтъ ничего неприкосновеннаго, ничего святого. Сегодня утромъ онъ вторгся во дворецъ представителей націи; нѣсколько часовъ спустя, наложилъ руку на личности ихъ; завтра, сейчасъ можетъ быть, онъ прольетъ ихъ кровь. Вы видите, онъ двигается на насъ. Двинемся на него. Опасность увеличивается. Будемъ и мы велики вмѣстѣ съ опасностью.
Въ собраніи послышались одобрительные возгласы. Я продолжалъ.
-- Повторяю и настаиваю: заставимъ этого несчастнаго Бонапарта совершить всѣ злодѣянія, какія заключаетъ въ себѣ его преступное посягательство. Ни одного изъ нихъ мы не подаримъ ему! Мы -- не отдѣльныя личности: мы -- нація. Каждый изъ насъ носитъ одежду народнаго самодержавія. Онъ не можетъ поразить насъ, не изорвавъ этой одежды. Заставимъ картечь его пробить наши шарфы вмѣстѣ съ нашей грудью. Этотъ человѣкъ -- на пути, неизбѣжно, логически ведущемъ къ отцеубійству. Онъ убиваетъ въ настоящую минуту отечество! Такъ пускай же пуля исполнительной власти пробьетъ законодательной шарфъ. Это будетъ отцеубійство видимое. Пусть видятъ его всѣ.
-- Мы всѣ готовы! кричали мнѣ.-- Выскажите ваше мнѣніе о мѣрахъ, которыя нужно принять?
-- Никакихъ полу-мѣръ, отвѣчалъ я.-- Одинъ рѣшительный шагъ. Завтра -- если мы останемся цѣлы сегодня, ночью -- соберемся всѣ, въ Сент-Антуанскомъ Предмѣстьѣ.
-- Зачѣмъ въ Сент-Антуанскомъ? прервали меня.
-- Да, возразилъ я:-- въ Сент-Антуанскомъ. Я не могу повѣрить, чтобъ сердце народа перестало здѣсь биться. Соберемся же завтра всѣ въ Сент-Антуанскомъ Предмѣстьѣ. Противъ рынка Ленмаръ есть зала, служившая въ 1848 г. клубомъ...