Вошелъ одинъ изъ часовыхъ Курне. "Граждане-представители, сказалъ онъ:-- батальонъ удалился. Улица свободна".
Батальонъ, вышедшій, вѣроятно, изъ казармы Попенкуръ, находившейся по близости, простоялъ съ полчаса противъ переулка, и снова возвратился въ казарму. Признали ли, что ночное нападеніе, въ этомъ узкомъ переулкѣ, посреди грознаго квартала Попенкуръ, гдѣ возстаніе держалось такъ долго, въ іюнѣ 1848, слишкомъ рисковано, слишкомъ опасно? Достовѣрно было, что солдаты обыскали нѣсколько домовъ, по сосѣдству. По свѣденіямъ, дошедшимъ до насъ впослѣдствіи -- за нами, когда мы вышли изъ дома No 2 на набережной Жеммапъ, слѣдилъ полицейскій агентъ, видѣвшій, какъ мы вошли въ домъ, гдѣ жилъ г. Корне, и тотчасъ же давшій объ этомъ знать въ префектуру. Батальонъ, посланный взять насъ, окружилъ домъ, обшарилъ его отъ погреба до чердака, и, не найдя ничего, удалился.
Благодаря этому сходству именъ Корне и Курне -- гончія Бонапарта потеряли нашъ слѣдъ. Случай, вмѣшавшись въ наше дѣло, какъ видите, оказалъ намъ услугу.
Мы разговаривали у двери съ Боденомъ, и обмѣнивались послѣдними распоряженіями, когда ко мнѣ подошелъ молодой человѣкъ, съ русой бородой, по одеждѣ и по манерамъ, походившій на свѣтскаго человѣка. Я замѣтилъ его, когда держалъ рѣчь къ собранію.
-- Г. Викторъ Гюго, спросилъ онъ меня:-- гдѣ вы будете ночевать?
До той минуты, я не думалъ объ этомъ.
Возвращаться къ себѣ было неблагоразумно.
-- Право не знаю, отвѣтилъ я.
-- Не хотите ли пойти ко мнѣ?
-- Охотно.