-- Правда? Какъ? Вы меня оставляете? Вы меня не гоните? Каторжнаго? Вы мнѣ говорите "милостивый государь?" Вы не говорите мнѣ "ты! Пошла собака!" какъ мнѣ говорили всегда. Но я думалъ, что вы меня не примете. Вотъ почему я сразу сказалъ вамъ, кто я такой. О, благородная женщина, указавшая мнѣ вашъ домъ! Я буду ужинать! Потомъ постель съ тюфякомъ и съ одѣяломъ, какъ у всѣхъ! Постель! Вотъ уже девятнадцать лѣтъ, какъ я не спалъ въ постели! И такъ, вы не хотите, чтобы я ушелъ? О, вы достойные люди! Но у меня есть и деньги. Я заплачу. Извините, господинъ трактирщикъ, какъ васъ зовутъ? Я заплачу все, что слѣдуетъ. Вы честный человѣкъ. Вы трактирщикъ, не правда-ли?
-- Я, сказалъ епископъ: -- священникъ, живущій здѣсь.
-- Священникъ! въ такомъ случаѣ вы не спросите съ меня денегъ. Вы священникъ этого прихода? Правда? Вотъ этой церкви? И какъ я глупъ! Я и не замѣтилъ вашей скуфьи.
Говоря такимъ образомъ, Вальжанъ поставилъ палку и ранецъ въ уголъ, положилъ паспортъ въ карманъ и сѣлъ. Онъ продолжалъ:
-- Вы очень гуманны, господинъ священникъ, вы меня не презираете. Это хорошо. Значитъ вамъ не нужно, чтобы я заплатилъ?
-- Нѣтъ, отвѣтилъ епископъ:-- оставьте у себя ваши деньги. Сколько у васъ ихъ? Вы мнѣ сказали, кажется, сто девять франковъ, не такъ-ли?
-- Пятнадцать су, прибавилъ Вальжапъ.
-- Сто девять франковъ, пятнадцать су. А во сколько времени заработали вы эту сумму?
-- Въ девятнадцать лѣтъ.
-- Въ девятнадцать!