-- Какія у васъ прекрасныя дѣти!
Существа самыя жестокія обезоруживаются, когда ласкаютъ ихъ дѣтей.
Мать подняла голову, поблагодарила незнакомку и просила ее сѣсть на скамейку у двери, оставшись сама на порогѣ. Женщины разговорились.
-- Меня зовутъ Госпожа Тенордье, сказала мать дѣвочекъ:-- мы содержимъ эту харчевню.
Эта Тенордье была женщина рыжая, мясистая, угловатая; типъ солдатки во всей ея уродливости. И, странная вещь, у этого солдата былъ какой-то жеманный, томный видъ, явившійся въ ней отъ чтенія романовъ. Если бы Тенордье, сидѣвшая нагнувшись, держалась прямо, весьма вѣроятно, что ея огромный ростъ, широкія плечи и вообще колоссальные размѣры испугали бы Фантину, смутили ее и того бы не случилось, что намъ придется разсказать.
Незнакомка сообщила свою исторію нѣсколько въ измѣненномъ видѣ: что она была работницей; что мужъ ея умеръ; что въ Парижѣ недоставало работы и что она идетъ домой, надѣясь найти занятіе тамъ; что она оставила Парижъ въ тотъ же день утромъ, пѣшкомъ; что дитя тоже шло немного пѣшкомъ, что она устала, и потому нужно было взять дѣвочку на руки.
Сказавъ это, Фантина поцаловала страстно свою дочку и разбудила ее. Дѣвочка открыла глаза, большіе, голубые, какъ глаза ея матеря, и начала смотрѣть тѣмъ серьезнымъ и даже строгимъ взглядомъ, который такъ обыкновененъ въ дѣтяхъ. Потомъ вдругъ засмѣялась и поползла на землю, съ энергіей и силой, желая непремѣнно бѣжать. Но замѣтивъ дѣвочекъ, качавшихся на цѣпи, остановилась и, въ знакъ удивленія, высунула языкъ.
Тенордье сняла своихъ дѣвочекъ съ цѣпи и сказала:
-- Теперь играйте втроемъ.
Дѣти познакомились скоро. Чрезъ нѣсколько минутъ они уже копали дружно въ землѣ ямки.