-- Ну, где же он? -- спросил Жавер.
Пленник разбойников -- господин Леблан, Урбан Фабр, отец Урсулы пли Жаворонка -- исчез.
Дверь сторожили, у окна не было никого. Как только пленника развязали, -- Жавер в это время писал, -- он воспользовался смятением, суетой, полусветом и, улучив такую минуту, когда никто не обращал на него внимания, скрылся в окно.
Один из полицейских бросился к окну и выглянул на улицу. Там не было никого.
Веревочная лестница еще дрожала.
-- Черт возьми! -- пробормотал сквозь зубы Жавер. -- Этот был, должно быть, почище всех!
XXII. Мальчик, который кричал во второй части
На другой день после событий, происходивших в доме Горбо, на бульваре Опиталь, какой-то мальчик, идущий, по-видимому, со стороны Аустерлицкого моста, шел по правой боковой аллее к заставе Фонтенбло. Наступила уже ночь. Мальчик, бледный, худой, одетый в лохмотья, в холщовых панталонах, несмотря на февраль, во все горло распевал.
На углу улицы Пти-Банкье какая-то старуха, нагнувшись, рылась в куче мусора при свете фонаря.
Мальчик толкнул ее, проходя мимо, а потом отскочил и воскликнул: