Между тем шум мало-помалу затих. Остался только тот легкий гул, который всегда стоит над замолчавшей толпой.
-- Господа горожане и госпожи горожанки! -- сказал вошедший.-- Мы будем иметь честь представлять и декламировать перед его преосвященством господином кардиналом прекрасную моралитэ, под названием "Премудрый суд Пресвятой Девы Марии". Я буду играть Юпитера. Его преосвященство сопровождает в настоящую минуту достопочтенное посольство герцога австрийского, которое несколько замешкалось, слушая приветственную речь господина ректора университета у ворот Бодэ. Как только прибудет его преосвященство господин кардинал, мы тотчас же начнем представление.
Только вмешательство самого Юпитера и могло спасти четырех судейских сержантов. Если бы мы сами выдумали эту правдивую историю и были ответственны за нее перед судом почтеннейшей критики, то против нас нельзя было бы выставить классическое правило "Nee Deus intersit" [ Незачем впутывать Бога (лат.) ]. Кроме того, костюм Юпитера был очень красив и немало способствовал успокоению толпы, так как привлек всеобщее внимание. Юпитер был в латах, обтянутых черным бархатом, прикрепленным золотыми гвоздиками; на голове его была шапочка, украшенная серебряными вызолоченными шишечками. И если бы толстый слой румян не покрывал верхней части его лица, а густая рыжая борода не закрывала нижней; если бы он не держал в руках позолоченной картонной трубки, усеянной блестками и мишурой, в которой опытный глаз сейчас же узнал бы молнию; если б не его ноги, обтянутые телесным трико и перевитые на греческий манер лентами, -- то он строгостью своей осанки мог бы поспорить с любым бретонским стрелком из отряда герцога Беррийского.
II. Пьер Гренгуар
Восхищение, вызванное костюмом Юпитера, мало-помалу проходило по мере того, как он говорил свою речь. А когда он дошел до злополучного заключения: "Как только прибудет его преосвященство господин кардинал, мы тотчас же начнем представление", голос его был заглушен громкими криками.
-- Начинайте сейчас же! Мистерию! Мистерию! Сейчас же начинайте мистерию! -- кричал народ.
Громче всех звучал пронзительный голос Жана де Мулена, выделявшийся как звук флейты среди грома других инструментов.
-- Начинайте сию же минуту! -- визжал студент.
-- Долой Юпитера и кардинала Бурбонского! -- вопили Робен Пуспен и клерки, сидевшие на окне.
-- Играйте моралитэ, -- ревела толпа.-- Сейчас же! Сию же минуту! А не то мы повесим комедиантов и кардинала!