Ничего не действует. Это -- ужасный человек. С ним и латынь не помогает.
-- Вы не нашли ничего нового в его доме?
-- Как же! -- заявил метр Жак, шаря в своем мешке, -- Этот пергамент. Тут есть слова, которых мы не понимаем. Между тем королевский прокурор Филипп Лелье знает немного еврейский язык. Он изучил его во время ведения процесса о евреях с улицы Кантерсен в Брюсселе. -- Говоря это, метр Жак развернул пергамент.
-- Дайте сюда! -- приказал архидьякон и, бросив взгляд на документ, вскрикнул: -- Несомненно колдовство! Эменхетан! -- это крик ведьм, когда они прилетают на шабаш. Per ipsum et cum ipso, et in ipso! [Через себя и с собой и в себе! (лат.)] Это -- заклинание, которым дьявол переносит себя обратно в ад. Нах, pax, max -- это медицинские термины. Формула против укуса бешеной собаки. Метр Жак, вы королевский прокурор церковного суда. Этот пергамент -- гнусность!
-- Снова подвергнем этого человека допросу. Вот еще что мы нашли у Марка Сенена, -- добавил метр Жак, снова порывшись в своем мешке.
Это был сосуд, похожий на те, которые стояли на очаге патера Клода.
-- А,-- сказал архидьякон,-- алхимический тигель.
-- Признаюсь вам, -- продолжал метр Жак со своей робкой, неестественной улыбкой, -- что я было попробовал его на очаге, но не получил лучших результатов, чем с моим собственным.
Архидьякон принялся рассматривать сосуд.
-- Что такое нацарапано на тигле? Och! Och! Слово, отгоняющее блох? Невежда этот Марк Сенен! Вполне уверен, что в таком тигле вам не добыть золота! Он годится разве только на то, чтоб ставить его подле кровати летом.