Мы им объяснили значение арабских цифр, получили нашу другую тысячу сапэк и расстались друзьями.
Китайцы иногда сами попадаются в свои же сети и иной Монгол, хотя изредка, перехитрит их. Однажды сын степей вошел в Меняльную лавку с тщательно завернутым юэнь-пао, т. е. серебряным слитком в три фунта. Китайский фунт делится на шестнадцать унции. Трёхфунтовик большею частию не верен, в нем обыкновенно от 4-5 унций более определенного весу, и так собственно 52 унции. Китаец свесил юэнь-пао и определил вес в 50 унций; Монгол же уверял, что в нем 52 унции.
"Ба, ваши монгольские весы годятся для вешания баранов, но не для развешивания серебра".
После не продолжительной переторжки Монгол уступил слиток, согласившись получить только за 50 унций, и, как водится, принял квитанцию в продаже и весе слитка. Когда вечером кассир подводит счеты, один из прикащиков принес слиток и смеясь, сказал, что они обвесили Монгола на 2 унции. Но к большому изумлению всех оказалось, что слиток не был из серебра. Но купец знал Монгола, подал на него жалобу, и последнего потребовали в суд.
Делатели фальшивой монеты подвергаются в Китае смертной казни. Обман был очевиден. Но Монгол не сознавался и просил дозволения оправдаться. Судья согласился, и он начал: "Несколько дней назад я действительно продал этому меняле юэнь-пао, но он был из чистого серебра! Я ведь Монголец, простой, не хитрый человек. Они вероятно переменил мой настоящий слиток на фальшивый. Я не умею много говорить, но прошу тебя, заменяющего нам отца и мать, вели свесить фальшивый слиток".
Это было исполнено и оказалось что в нем 52 унции. Монгол вынул теперь из голенища сапога квитанцию, и передал ее судье-мандарину. Посмотри, вот эту квитанцию дали мне в меняльной лавке. Здесь сказано, сколько весил мой юэнь-пао.
Мандарин рассмотрел записку и сказал: "Это квитанция[91] покупателя; он пишет, что купил у Монгола слиток в 50 унций, а в этом фальшивом 52. Кто прав? Кто из них фальшивый монетчик?"
Дело было ясно; мандарин понимал очень хорошо, что обвиняемый продал фальшивый слиток, а Китаец надул, его в весе.
Он решил в пользу Монгола. Служащих банка наказали бамбуковыми палками, чем они еще легко отделались; их непременно бы казнили, еслиб они не подкупили судей.
Получив наши сапэки, мы пошли в лоскутные лавки, купить поношенное платье, потому что наши скудные средства не дозволяли нам купить новое. В Китае и Монголии не считают неприличным надеть чужое платье. Когда кому-нибудь надо сделать визит или одеться по праздничному, он отправляется к соседу и берет взаймы шляпу или сюртук или брюки, что ему нужно; в этом нет ничего особенного. А заимодавец должен заботиться, чтоб его друг, которого он вывел из нужды, не продал или не заложил его платье. Китайцы не разборчивы в одежде; им почти все равно: носить старое или новое платьё; для них самое существенное -- дешевизна.