Дабы проникнуть въ Тибетъ, миссіонеры присоединились къ такъ называемому посольству, возвращавшемуся изъ Пекина въ Хлассу: это просто купеческій караванъ. За Хуху-норомъ тянется Цай-дацъ, дикая и безплодная страна, населенная угрюмымъ монгольскимъ племенемъ. Но всего любопытнѣе былъ перевалъ чрезъ гору бурханъ-бота, которая окружена зловредными испареніями. Несмотря на предохранительное средство (чеснокъ), и люди и лошади изнемогаютъ отъ дѣйствія удушливыхъ паровъ, поражающихъ странника при самомъ вступленіи въ ущелья горы {Вѣроятно, испаренія углекислаго газа -- виною описанныхъ явленій. Но тогда плохую помощь окажетъ чеснокъ.}. Грудь дышетъ свободно только на вершинѣ.
Переправа чрезъ гору Шуга была также весьма затруднительна и опасна. Во время перехода каравана черезъ вершину случилась буря со снѣгомъ. Вѣтеръ, снѣгъ и морозъ, усиливаясь безпрерывно, погубили не только множество вьючныхъ животныхъ, но и людей. Путь каравана былъ усѣянъ трупами, а Габе отморозилъ себѣ носъ.
Добравшись до истоковъ Синей рѣки, путешественники перешли ее по льду, при чемъ увидѣли въ немъ около 50 замерзшихъ буйволовъ, которыхъ головы да огромные рога торчали поверхъ льду. Морозъ съ ураганомъ продолжалъ свирѣпствовать еще двѣ недѣли: люди и скотъ гибли страшною смертью. Даже больные, не могшіе болѣе слѣдовать за караваномъ, оставлялись въ пустынѣ, гдѣ скоро тѣло ихъ служило пищею звѣрямъ да хищнымъ птицамъ. Такихъ полуживыхъ, оставленныхъ на вѣрную смерть, было около сорока человѣкъ.
Въ довершеніе несчастія, караванъ наткнулся на шайку разбойниковъ, и только уваженіе къ священному сану спасло миссіонеровъ. Наконецъ, въ теченіи двадцати двухъ дней, переходили чрезъ горную возвышенность Танла, за которою начинаются благословенныя долины Тибета. Населеніе безпрерывно умножалось, и повременамъ мелькали черные шестиугольные шатры кочевыхъ тибетцевъ. За рѣкою Нанчу верблюды смѣнились яками, или тибетскими быками. Дорога все болѣе и болѣе оживляется, хотя она камениста и трудна. Съ приближеніемъ къ Хлассѣ, пастушескіе шатры исчезаютъ и замѣняются домами осѣдлыхъ земледѣльцевъ.
Въ богатой и плодоносной равнинѣ Панму яки, или быки, смѣняются ослами. Эта долина отдѣляется отъ Хлассы чрезвычайно-крутою горою, на которую богомольные тибетцы и монголы ходятъ совершать поклоненіе, будучи увѣрены, что всякій достигнувшій вершины получаетъ отпущеніе грѣховъ.
За горою стелется равнина Хлассы. Столица далай-ламы, окруженная вѣковыми деревьями, красуется высокими позолоченными крышами храмовъ и дворцовъ. Городъ имѣетъ до осьми верстъ въ окружности и не обведенъ стѣною, но окруженъ живописными садами. Главныя улицы широки, прямы и чисты, но предмѣстья отвратительны до невѣроятности. Дома, въ нѣсколько этажей, встрѣчается каменные и кирпичные, а въ одинъ этажъ земляные. Они выштукатурены и выбѣлены известью съ красными и жолтыми разводами вокругъ оконъ и дверей. Въ предмѣстьяхъ встрѣчаются дома, выстроенные изъ бараньихъ и бычачьихъ роговъ, смазанныхъ известью! Несмотря на оригинальность матеріала, постройка прочна. Храмы построены всѣ на одинъ ладъ и отличаются только величиною и богатствомъ.
Великолѣпный дворецъ далай-ламы возвышается на Будда-ла, или Священной горѣ, невысокой, конусообразной скалѣ, отстоящей на версту отъ Хлассы. Изъ послѣдней ведутъ къ нему двѣ прекрасныя аллеи.
Хласса населена самыми разнообразными народами, но все это или купцы, или богомольцы. Предъ закатомъ солнца, всякій спѣшитъ на площадь, гдѣ образуются группы по поламъ и возрастамъ; эти группы садятся на землю и начинаютъ протяжно, въ полголоса, пѣть молитвы. Такое общее пѣніе, несмотря на его странность, сильно потрясаетъ душу.
Тибетцы носятъ длинные волосы, распущенные по плечамъ или завитые въ косу, украшенную золотомъ и драгоцѣнными каменьями. Головной уборъ состоитъ изъ синяго бархатнаго тока съ краснымъ помпономъ. Широкое верхнее платье подпоясывается краснымъ кушакомъ, а сапоги дѣлаются изъ краснаго или фіолетоваго сукна. Женщины носятъ одинаковый костюмъ съ мужчинами, но только надѣваютъ еще сверху коротенькую, пеструю юбку. Выходя изъ дому, женщина намазываетъ себѣ лицо чернымъ лакомъ, чтобы не возбудить соблазнительныхъ мыслей въ мужчинахъ; однакожъ, эта предосторожность, по увѣренію Хюка, не достигаетъ своей цѣли. Здѣшнія женщины пользуются полною свободою, не менѣе европейскихъ.
Населеніе Хлассы не болѣе 40,000 душъ, изъ которыхъ двѣ трети духовнаго сословія. Пища здѣшнихъ жителей -- черный ржаной хлѣбъ да кирпичный чай; мясо очень дорого и доступно только для богатыхъ людей.