Непостоянство конкретно и революціонно. Но есть и революціонное постоянство -- постоянство скорби (Петрарка): когда человѣкъ, охваченный единымъ, великимъ, всепобѣждающимъ чувствомъ, отдается ему всецѣло и не хочетъ съ нимъ разстаться. Такое постоянство революціонируетъ жизнь. Это -- бунтъ въ высшемъ смыслѣ, и жизнь не караетъ за него, ибо ей дороги бунтъ и вызвавшая его любовь. Или же, -- это свобода, хотя свобода въ конечномъ счетѣ -- только смерть, ибо смерть одна даетъ полное противоположеніе міру личности, отъ него вполнѣ независимой, и только смерть смѣетъ произнести въ первый и въ послѣдній разъ для каждой жизни слово "Я". Смерть -- послѣдняя измѣна и единственная полная и совершенная вѣрность. Всякая большая, всепокоряющая любовь представляетъ собою какъ разъ обратное: первую (живую) вѣрность и единственную совершенную невѣрность. Метафизическое слѣдствіе любви -- смерть. И здѣсь опять мы видимъ тотъ же дуализмъ.
Смерть не есть оцѣпенѣніе, потому что оцѣпенѣть -- значитъ быть живымъ, не живя... Такіе живые-безжизненные, такіе оцѣпенѣлые, абстрактные люди -- какъ могутъ они быть поэтами? Искусство требуетъ всего человѣка; они же не помнятъ объ этомъ, не знаютъ и дантовскаго "vide cor tuum"...
Искусство требуетъ всего любящаго и чистаго сердца, сердца, чувствующаго, что оно находится въ руцѣ Божіей, сердца отдающаго свою любовь вмѣстѣ со своею кровью, не знающаго притворства передъ любящими, сердца и пламеннаго, какъ небо, и такого же кроткаго и сильнаго, какъ тѣ слова, въ которыхъ звучитъ отголосокъ великихъ, несказанныхъ утоленій.
Все это есть въ Георге -- и болѣе того. Онъ -- любящій; въ немъ и въ произведеніяхъ его бушуютъ опустошительныя волны жизни и его страсти. Нужны ли доказательства? Посмотримъ, какъ Георге подходитъ къ своему чувству и какъ онъ описываетъ его:
Ich lehre dich den sanften Eeiz des Zimmers
Empfinden und der trauten Winkel Raunen,
Des Feuers und des stummen Lampen-Flimmers,
Du hast dafür das gleiche müde Staunen.
Aus deiner Blässe fach ich keinen Funken;
Ich ziehe mich zurück zum Beigemache