Я съ удовольствіемъ прочиталъ эту книгу, этотъ занимательный калейдоскопъ русской жизни въ Петербургѣ. Все, чего только ни пожелаешь, все узнается изъ нея: и незабвенная Вѣра Коммиссаржевская, и бѣлыя ночи на Невѣ, и студенты, Знаменская площадь, писатели, въ особенности Потемкинъ, и обитательницы Петербурга, и курсистки, все, что радуетъ сердце, и то, что его не радуетъ. Авторъ знаетъ и любитъ Петербургъ, и его можно только поблагодарить за книгу, которая, несомнѣнно, вызоветъ большое вниманіе въ Германіи. Эта книга была бы совсѣмъ великолѣпна, если бъ авторъ былъ нѣсколько менѣе преднамѣренно остроуменъ и блестящъ, да еще еслибъ онъ поменьше возил ся со своей не совсѣмъ до конца продуманной мистикой -- однимъ словомъ, если бъ онъ былъ нѣсколько менѣе "модернистъ". Духъ, умъ должны не только искрами сверкать въ книгѣ, но и пребывать въ ней.
20, 21. Friedrich Kurt Benndorf: Ins fremde land dahin. Jmpressionistische Reiseblätter. 1909. Leipzig, Xenien Verlag, 128 p.-- Alfred Mombert, der Dichter und Mystiker, eine Abhandlung. 1910, ebenda 140 + IV p.
Ни одна изъ этихъ двухъ книгъ не радуетъ читателя. Первая, хотя и содержитъ красочные, по-импрессіонистки схваченные путевые наброски, не радуетъ, потому что авторъ все время выступаетъ на первый планъ, a онъ недостаточно интересенъ, чтобы себѣ это позволить.
Вторая же книга, хотя и составлена весьма основательно и толково, не радуетъ, потому что предметъ ея, А. Момбертъ, не достаточно значителенъ. Разъ на всегда, теперь пора уже уяснить себѣ, что Момбертъ -- поэтъ весьма и весьма немногихъ красивыхъ строчекъ; тѣ же нѣмцы, которые непрестанно сопоставляютъ и соединяютъ Момберта и Георге, заслуживаютъ той же улыбки сожалѣнія, какую заслужилъ бы русскій, приравнивающій Рукавишникова къ Вячеславу Иванову...
22. Kurt Martens: Literatur in Deutschland. Studien und Eindrücke. 1910. Berlin, Egon Fleischl u. Co, 193 p.
Поэта, который высказывается объ изящной словесности своего времени, всегда стоитъ послушать; особенно же -- когда говоритъ Mapтенсъ, одинъ изъ лучшихъ и изящнѣйшихъ нашихъ разсказчиковъ, недавно давшій намъ три восхитительныя "NovelIen von Adeliger Lust" и великолѣпную комедію "Der Freudenmeister". Конечно, не всякій читатель согласится съ Мартенсомъ -- съ нѣкоторыми его общими заключеніями о литературѣ; или -- когда онъ утверждаетъ, что Гофмансталь значительнѣе и содержательнѣе, чѣмъ Георге; или что ему не случалось замѣчать въ Германіи признаковъ "такъ называемаго (!) символизма" (а Георге и его школа, Рильке, Даутендей и многіе другіе, даже... Демель!); или, когда онъ замалчиваетъ поэтовъ, какъ Борхардтъ, Таубе, критиковъ, какъ Касснеръ, Оскаръ Би; -- но все это не портитъ книгу, такъ какъ Мартенсъ умѣетъ удивительно говорить о поэтахъ, которыхъ онъ любитъ, и этихъ онъ дѣлаетъ близкими и понятными: графъ Кейзерлингъ, Генрихъ Маннъ, Гербертъ Эйленбергъ, Гергардъ, Укама-Кноопъ и другіе.
23. Prof. Richard M. Meyer: Die Deutsche Literatur des XIX Jahrhunderts. Vierte umgearbeitete Auflage. 1910. Berlin, Georg Bondi. 2 Bande XV+504 p., VIII+ 430 p.
Всякій, кто занимается нѣмецкой литературой, знаетъ и цѣнитъ эту въ высшей степени поучительную, содержательную, хотя и не вполнѣ равномѣрно точную книгу. Теперь она во многомъ переработана и даетъ къ прежнимъ 9 изображеніямъ еще десятое -- портретъ Стефана Георге. Пусть будетъ замѣчено, что въ Германіи лучшіе наши историки литературы и культуры профессора Зиммель, Брейзигъ, Лампрехтъ и Мейеръ въ числѣ первыхъ признали подавляющее значеніе творчества Георге.
24. Andreas Aubert: Runge und die Romantik. Abhandlung 1909. Berlin, Paul Cassirer, 127 p., mit Bildern.
Въ этой книгѣ Андрей Аубертъ изображаетъ нѣмецкій романтизмъ около 1800 г., съ художественной и психологической стороны. Въ ней истолкованы и умѣло приведены къ современной точкѣ зрѣнія художественныя устремленія и мысли объ искусствѣ рано умершаго поэта-живописца Филиппа Отто Рунге. Подробное изысканіе объ этомъ очаровательномъ чистокровномъ романтикѣ тѣмъ болѣе умѣстно, что авторъ излагаетъ его чрезвычайно изящно. Внѣшность книги также весьма удовлетворительна; въ ней воспроизведено много неизданныхъ еще изображеній.