Борьба за <Дракон> продолжалась. Течение увлекало три драккара, вцепившиеся в четвертого, на стрежень реки, ближе к крутому правому берегу. Никто не обращал внимания на биармов, а они скоплялись. Дальше и ниже стрежень бил к яру материка.
Если бы удалось вытащить <Дракон> на мель! Но кормчий <Орла> не знал дна чужой реки. Эйнару была нужна не предательская, сосущая, илисто-топкая мель речного устья, а твердая, песчано-галечная. Промеры с носа <Орла> говорили о слишком большой глубине для того, чтобы попытаться разгрузить <Дракон> под водой и потом заставить его всплыть.
Весь под водой, <Дракон> держался лишь усилиями обеих <Акул> и <Орла>. Нос тяжело груженного <Орла> задрался высоко над водой, будто бы <Орел>, как гусь, хотел взять разбег и взлететь. На драккаре перебрасывали добычу на нос, разгружая корму. Одновременно <Орел> греб. Вся надежда возлагалась лишь на Эйнара, который искал мель и не находил ее.
На <Драконе> оставался один ярл. Он переговаривался с Эйнаром. Не выброситься ли на правый берег и отогнать биармов? Правый берег был крутым, под ним глубоко. <Орел> не мог вытащить на него <Дракона>. Сам <Орел> мог перевернуться при такой попытке.
Слева лежали топкие, грязные берега. Все же, борясь с отливным течением устья, <Орел> тащил влево.
Все драккары были слишком перегружены, слишком. Низкие и длинные <Акулы> медленно кренились. Веса викингов, которые надавили на противоположные борта, было недостаточно, чтобы уравновесить мертвую тяжесть <Дракона>.
Река неумолимо приближалась к весельным дырам в борте <Синей Акулы>. Достаточно <Синей> еще немного увеличить свой крен, и вода начнет вливаться в нее. Нагрузка на борт <Черной Акулы> сразу увеличится, и обе станут тонуть. Не вместе, а вслед за <Драконом>.
Одной рукой Оттар держался за канат, которым <Орел> поддерживал над водой голову <Дракона>, а другой опирался на шею. Медлить еще - потерять и <Акул>.
- На <Акулах> - слушай! - громко предупредил ярл. - На баграх слушай! Все вместе на баграх - опускай! Раз! Еще раз! Сразу все! Опускай!
Люди моря, викинги понимали ярла и перехватывали багры с совершенным единством.