— Мы все! — дружно раздалось в зале.
Глава девятнадцатая
Катастрофа
Подробности этого страшного дня Дружинин смог восстановить только среди зимы, сидя у печи, в которой догорали сломанные доски разбитого дома.
В воспоминаниях Дружинина этот день рассыпался на пестрые обрывки, на отдельные секунды, минуты и часы, никак не связанные между собой.
Было воскресенье 22 сентября — первый день работы по новому распорядку. Ключников и Вера руководили Работой в основном стволе, Дружинин и Люся Климова возглавляли смены в боковом забое, где проходила труба-канал. Медведев оставался на центральном диспетчерском пункте вместе с Левченко.
…Защитный зал. Смены встретились в перерыве и снова должны разойтись по забоям.
Дружинин смотрит на Люсю. Какая она тоненькая в черном шелковистом костюме шахтера! Она похожа на проворного темноглазого подростка, готового пуститься в рискованную экспедицию. Ни тени страха на лице, только легкая грусть в блестящих глазах.
Дружинину почему-то мучительно не хочется отпускать Люсю в забой. Ее смена должна работать на участке самой высокой радиоактивности.
— Я пойду с вами, Люся. Я боюсь, вентиляция недостаточна… Надо еще раз проверить давление и удлинить охлаждающую подстилку. Она коротка, я должен распорядиться.