— Ну, мои миленькие, публика в восторге от вас. Деньги так и сыпятся. Если так пойдет и дальше, то через недельку вы двинетесь в Женеву.
Тотоно победоносно посмотрел на Дженарино.
«Видишь, как все прекрасно идет! И как он о нас заботится», — говорил этот взгляд.
А человек с длинной бородой подошел к спавшему Таниэлло, наклонился над ним и старался разбудить мальчика, поглаживая его белокурую голову.
Таниэлло проснулся, вскочил, но со сна ничего не понимал.
— Ну, мальчик, теперь твоя очередь. Публика требует тебя. Слышишь?
В зале шум и крики все усиливались. Таниэлло поплелся на эстраду. Дженарино и Тотоно остались с «Прыгуном». Собака была мрачно настроена. Когда уходил Таниэлло, она даже не пошевелилась, только проводила его тоскливыми глазами. Дженарино пристально смотрел на Тотоно. Он не говорил ни слова, но уже обдумывал, чтобы такое сделать, чтобы выручить и себя и товарищей из невозможного положения.
Опять спорить с Тотоно. Но он знал, что это ни к чему не поведет. Чтобы попасть в Женеву, Тотоно согласился бы работать и еще больше, чем они теперь работали. Их новый покровитель отлично это понимал и, благодаря этому, сумел прибрать к рукам Тотоно. Тот ему верил и делал все, что он от него требовал.
Каждый вечер мальчики выступали на эстраде ресторана, каждый вечер они пели до полного изнеможения, надрывая свои голоса.
