— Обронили-с! — указал на узел Катушкин, взявшись за козырек фуражки.
— Покорнейше благодарю! Сам вовремя заметил! — произнесла шинель, тоже раскланиваясь.
Катушкин поехал дальше. Шинель снова уселась в повозку, втащив за собой узел, и крикнула: «Пошел!»
Повозка въехала во двор.
— Эк, их нынче разносила нелегкая: телега за телегой! — проворчал смотритель, глядя в окно на нового приезжего.
— А где тут комната для приезжающих? Покажи-ка, братец!.. Эй, ты, леший, скуластое рыло, тащи чемодан! Сюда, что ли? — озирался во все стороны приезжий, видимо, не узнавая местности. — Фу ты, дьявол! Ничего не пойму! Эка город выстроился на пустырях-то, ха-ха!.. Мое почтение! Вы здешний смотритель?
Он заметил в дверях форменную фуражку с кокардой.
— Точно так: хорунжий Дрыгин! Подорожную пожалуйте!
— Сипаков, из форта Забытого, по открытому предписанию!
— Проходите в горницу-с. Самовар потребуется?