Несколько секунд Фентон не замечал этого. Сзади отделилась маленькая фигурка и побежала в сторону места торговли сеном и зерном, обычно именуемому Хеймаркетом. За ней последовали еще две-три, потом полдюжины, дюжина…
Фонарь закачался и упал. Люди, казавшиеся размером с муравьев, бежали что было сил в направлении Черинг-Кросса или по Кинг-Стрит. Когда третий и второй ряды толпы растаяли, первому осталось только сквернословить. Последний раз пригрозив нападавшим дубинками, камнями, кинжалами и шпагами, они повернулись и помчались, догоняя остальных.
— Держи их! — крикнул Фентон, размахивая шпагой.
Спустя тридцать секунд все враги скрылись из виду. Аллея осталась пустынной, если не считать многочисленных мертвых и раненых. Некоторые из них стонали или пытались отползти в сторону. Факел, не погасший даже под начавшимся небольшим дождем, освещал жуткую картину желто-голубым сиянием.
Однако, как и предсказывал Фентон, легким дождиком дело не ограничилось. С оглушительным ударом грома небеса разверзлись, и буря разыгралась вовсю.
Глава 15. Веселый ужин с рассказом о храме Венеры
Фентону казалось иронией судьбы, что накануне страшной даты — 10 июня — в их доме состоялась веселая импровизированная вечеринка.
В полдень, отметив в дневнике дату «9 июня», Фентон подошел к открытому окну кабинета, выходящему на зеленый кустарник, и закурил длинную трубку, обжигая себе пальцы ее чашечкой. Вспоминая побоище ночью седьмого числа и происшедшее после появления отряда драгун, нещадно поливаемых дождем, он не мог удержаться от улыбки, хотя голова у него раскалывалась, а израненное тело болело при каждом движении.
После побоища стало ясно, что Гром, Лев, и Голозадый поправятся. Хотя мистер Миллигру и проклинал Фентона в выражениях, едва ли подобающих ветеринару при обращении к дворянину, он все же признал, что ночная встряска может помочь мастифам изгнать из организма яд.
После этого Фентон поспешил на кухню, чтобы узнать, какой ущерб понесла его маленькая армия.