На пороге Мертон остановился, окутанный синеватой дымкой.
— Там сама комната, — сказал он. — Я бы предпочёл, чтобы дамы не входили. За мной, лорд Брэндон, сэр Джон, Гаррик тоже, — осмотрите её. Я пойду туда. Вы запрёте дверь внизу, у основания лестницы, и будете следить за ней. Сначала, однако, пройдитесь по лестнице и убедитесь, что на ней нет других дверей.
Кто-то нервно хохотнул. Мертон докурил сигарету, как раз когда мы поднимались по ступенькам. Потом…
— Стоп! — прервал его Бенколен. — Пожалуйста, не описывай её; не описывай комнату. Я собираюсь сам осмотреть её и хочу сформировать собственное мнение. Меня только смутят излишние детали. Лишь один факт: был ли там столик для умывания?
Глаза сэра Джона широко распахнулись.
— Именно! Почему ты спрашиваешь? Мы все удивились, увидев там столик для умывания…
— Продолжай, друг мой.
— Тогда скажу просто: комната была большая и странная. Гаррик, лорд Брэндон и я осмотрели каждый фут. Ничего! Единственное окно намертво зарешёчено. Мы захлопнули и заперли ставни. Тогда мы сочли себя удовлетворёнными, а лорд Брэндон — полностью ошеломлённым. Когда мы выходили, Мертон остановил нас. Он стоял у стола в свете синей стеклянной лампы, но только его бледная рука не была погружена в тень, играя с маленьким козлом из слоновой кости. Гаррик, столь же высокий и пугающий в этой темноте, спросил: «Это всё?»
— Лорд Брэндон, — отвечал Мертон, игнорируя его, — я совершаю опасное дело. Если я допущу ошибку, если у вас будет хоть малейшая причина думать, что мой замысел не удался, через пятнадцать минут приходите сюда немедленно! Вы обещаете мне это?
Брэндон пообещал.