Эрнест. Я этого не говорил.
Джильда (резко). Но подразумевал.
Эрнест. Полагаю, чуть испортился твой характер.
Джильда. В твоем возрасте, Эрнест, у мужчин часто развивается недоверие к женщинам.
Эрнест. Убей меня Бог, но не могу понять, почему я без ума от тебя. Манеры у тебя отвратительные.
Джильда. Должно быть, причина в греховном образе жизни, которую я веду. Потихоньку превращаюсь в мегеру.
Эрнест. Очень может быть.
Джильда (внезапно наклоняется над спинкой стула Эрнеста, обнимает его). Извини… это я про свои манеры. Пожалуйста, прости меня. Ты такой душка, так нас любишь, не правда ли? Всех троих. Меня чуть меньше, чем Отто и Лео, потому что я — женщина, а потому не заслуживаю доверия. Я права?
Эрнест (похлопывая ее по руке). Безусловно.
Джильда (отходя от него). Однако, любовь твоя очень пуглива. Придает слишком уж большое значение последствиям. Предоставь нам самим разобраться с этими последствиями, дорогой. Иногда нам приходится несладко, мы на это обречены, но, по крайней мере, знаем об этом. Мы много чего знаем. Воспринимай нас, как человеческих существ, довольно необычных человеческих существ, я это признаю, но не относись к нам предвзято из-за того, что мы пренебрегаем общественными приличиями. Да, я рассмеялась излишне громко, узнав, что Лео стал богатым и знаменитым. Слишком громко, потому что мне стало не по себе, не от зависти. Я не хочу, чтобы он хоть в чем-то изменился, вот и все.