— Мне придется бросить игру, потому что за мной пришел брат.
И взяв меховой халат, который он снял в жарко натопленной комнате, он вышел за дверь к брату. Но он не стал говорить, что рад его приходу: гордость не позволяла ему сознаться в проигрыше, потому что умный человек должен всегда выигрывать. Он спросил только:
— Ты хочешь что-то сказать?
Ван Купец ответил по своей привычке немногословно:
— Пойдем куда-нибудь, где можно поговорить, если в этом доме есть такое место.
Тогда Ван Помещик повел его в комнату, где стояли столы для чаепития, и они выбрали отдельный столик, подальше от других, уселись, и Ван Купец стал ждать, пока Ван Помещик закажет чай и вино, а потом, вспомнив, какой теперь час, заказал и сам несколько блюд. Наконец прислужник ушел, и Ван Купец сразу начал:
— Наш младший брат хочет жениться, потому что его жена умерла, и на этот раз он прислал к нам. Я думаю, что с этим делом ты справишься лучше меня.
Губы Вана Купца растягивала скрытая улыбка, но Ван Помещик этого не заметил. Он громко рассмеялся, так что его жирные щеки затряслись, и сказал:
— Что ж, правда твоя: если я в чем-нибудь смыслю, так это в таких делах, — только жене моей не следует этого знать!
И он засмеялся, посматривая искоса лукавым взглядом, как обычно смотрят мужчины, говоря о таких делах. Но Ван Купец не желал шутить с ним и промолчал. Тогда Ван Помещик продолжал, уже более степенно: