— Ты иди и меньше говори, а то полетишь в реку, — дружески посоветовал ему шедший сбоку Фын.
Он нес туго стянутые в круги пулеметные ленты. Тропинка вилась высоко по берегу реки. Иногда она спускалась к самой воде. Тогда бойцы на ходу нагибались, набирали полные пригоршни теплой воды и обмывали себе лица. Выше по холмам стлался редкий и низкий кустарник, не дававший никакой тени.
— Хорошо бы леском пройти — прохладно и приятно пахнет, — облизав губы, сказал пулеметчик Хань Фу.
— Еще лучше спать на берегу пруда, под ивой. Не пробовал, а? — засмеялся Фын.
— Война кончится, попробую и под ивой спать. А сейчас хорошо бы леском пройти.
— Вот привязался к лесу! Где ты его видишь здесь?
— Должен быть. Там, где река, должен быть и лес. Это-то я уж хорошо знаю.
— В книжке, наверное, прочитал. Ты и леса-то никогда не видал.
Пулеметчик не сердился. Он задумался о чем-то и шел, не глядя под ноги. Было жарко, говорить не хотелось. Впереди был большой и трудный путь, а солнце совершило только половину положенного ему пути.
— Надо бы с вечера выйти. Ночью очень хорошо итти, — опять начал беседу Хань Фу.