— Видишь, на том берегу, куда ни глянь, все стога, стога по лугам раскинулись, на десятки верст отсюда тянутся по низовому берегу. Вот посмотри направо, вон там далеко другая река виднеется и с Камой сливается. Это — Белая река. По веснам — продолжал Герасим, — как разольются Кама да Белая, так тот берег, как море кажется. Куда ни посмотри, всюду вода, все луга зальет- потому и луга заливными называются. Потом, как пойдет вода к лету на убыль, так обсохнут луга, а в низких-то местах вода так и за лето не пересохнет- а остается и небольшие озера образует; таких озер между Камой и Белой девять или десять насчитать можно.
— Дедушка, а как же там люди живут, — спросил Костя, — если там все заливает?
— Люди там и не живут,- объяснил Герасим. — Летом туда народ тысячами собирается на покосы и живет либо в шалашах, либо в па латках, либо деревянные бараки сколачивают. Потом, как подойдет покосам конец, смечут люди все сено в стога, а к осени да зимой к берегам свезут и там особыми машинами прессуют и по разным губерниям развозят.
— А где же мы там охотиться будем? — спросил Костя.
— На этих самых озерах; там наша охота и есть, над этими озерами уже сотни лет из года в год и утки, и гуси в теплые края пролетают. У перелетной птицы эти места — как большой почтовый тракт; а на этих озерах и гусь, и утка в пути отдыхают и кормятся. У них здесь дневка, как на походе бывает. Вот на этих озерах мы и будем с тобой охотиться.
Вскоре впереди на высоком берегу показа лось громадное село. Такого большого села Костя никогда еще в жизни не видал. Все ему не обыкновенным и интересным показалось. Долго ехали они по селу, наконец, у одной избы остановились. Там деда Герасима приятель Сергей Федотыч проживал — тоже седой старик, как и сам Герасим. Обрадовался Федотыч гостям, самовар поставил, но не долго они в избе про были. Хотелось Герасиму скорее за Каму, на ту сторону переправиться, чтобы спокойно к вечерней заре на охоту до озер добраться.
Через какой-нибудь час времени двинулись охотники дальше в путь. Сергей Федотыч свою собаку Норку тоже взял. Съехали по крутой горе на самый берег Камы, остановили лошадь и стали ждать перевоза.
— А на чем же мы, дедушка, переедем? — спросил Костя. — Моста ведь нет?
— Нас пароход перевезет, — объяснил старик, — видишь у берега пароход стоит, а к нему сзади на канате привязан плот большой — «паром» называется. Вот мы на этот плот телегу с лошадью поставим и сами тоже на плоту переправимся.
Действительно, вскоре въехали они на плот, который у берега стоял. Кроме них еще телеги три, четыре на пароме уместились. Пароходный гудок пронзительно засвистал, и пароход поплыл через реку.