Хорошо, что есть, куда бежать, и недалеко — в бухту Кианлы.
Однако играть в прятки с ветром не всегда приятно, а нашим хозяйственным организациям и невыгодно — надо переплачивать за лишний простой судна.
Поэтому в Куули строят искусственный мол, который позволит судам грузиться солью и в ветреную погоду. От мыса, немного выдающегося в море в северной части бухты Куули, начинается мол. Пока сброшены в море двадцать громадных кубов искусственных камней, сделанных рабочими из песка и цемента. За ними установлен потопленный корпус парохода. Все это будет цементировано, за первым пароходом станут еще три, загибаясь постепенно внутрь бухты. Над ними будет выстроена каменная погрузная площадка, по которой побегут вагонетки, выгружая соль в трюмы пароходов, стоящих бок-о-бок с площадкой.
— Тогда нам не будут страшны свирепые норд-весты, от которых сейчас мучимся. Вы видите, бухта совершенно открыта с запада, — говорит инженер-строитель мола.
— Вот на прошлой неделе пришел из Баку пароход, привез нам воды…
— Как воды, какой воды? — перебиваю я.
— Для питья, — удивленно объясняет собеседник.
— Ах, да! — я никак не могу привыкнуть, что здесь, где так много воды… нет воды для питья!
Мы идем вдоль столбов будущей канатноподвесной дороги, и чувство удовольствия вызывает надпись "Сормово", отлитая на какой-то из частей вагонетки. Вот далекий край, а культура, строительство, промышленность проникли и сюда. Верблюд и канатно-подвесная дорога калифорнийского типа — два вида транспорта, но между первым и вторым — пропасть, через которую делает скачок техника нашего века.