Мэри тихонько высвободилась из его обятий, затем сказала самым спокойным голосом, в котором не звучало ни малейшаго волнения:
— Упрекать!… прощать!… Я вас не понимаю, друг мой….
Пьер выпрямился. Удар был направлен слишком прямо. Он зашатался. Неужели его жена сошла с ума!
Она стояла перед ним с полу–улыбкой на губах, точно чувствуя к нему сострадание….
— Ты не понимаешь? прошептал он. Ты говоришь, что не понимаешь? повторил он еще раз, точно сомневаясь, что эти слова действительно были сказаны.
Затем гнев овладел им и он вскричал:
— Но, несчастная! разве ты не помнишь, что я убил человека, я, Пьер Бланше, я сделался убийцей из за тебя, из за тебя одной, потому что ты обманывала меня с презренным….
Он глядел на нее сверкающими глазами, следя за выражением ея лица.
— Мой друг, сказала Мэри, я уже сказала вам сейчас, что не понимаю вас…. я вам снова повторяю, что все ваши слова для меня загадка.
— Презренная! вскричал Пьер, с гневом вскакивая с места.