— Благодарю вас! Мне по крайней мере не придется краснеть моего безумия.
— Слава Богу, сказал наконец граф, что ваши опасения не оправдались…. потому что, не смотря на всю мою философию, я должен сознаться, что эта потеря была бы для меня чувствительна, особенно в ту минуту, когда наша дорогая Берта выходит замуж…
Еслибы де-Листаль взглянул в эту минуту в лице своей жены, то он заметил–бы, что при последних словах она вдруг побледнела. Брови ея неприметно нахмурились.
— Потому что вы не забываете, моя дорогая, продолжал граф, что я разсчитываю на вас, чтобы переговорить об этом важном вопросе, конечно, после того как вы отдохнете….
— Да, да, друг мой, холодно сказала графиня… мы поговорим об этом. Но, пока, так как вы позволяете, я уйду к себе в комнату….
— Идите, дорогая, отвечал граф и главное не делайте никогда более ничего подобнаго… Вы моя жена, моя подруга на всю жизнь… мое состояние есть в тоже время и ваше и, еслибы мы его все потеряли, то и тогда мы еще будем достаточно богаты взаимным уважением.
В ту минуту, когда графиня выходила из комнаты мужа, Берта показалась на лестнице.
Отец увидел ее и позвал.
— Поди сюда, Берта, сказал он и поцелуй свою мать…. которая есть лучшая и преданнейшая женщина в свете.
Берта подбежала к Мариен, чтобы поцеловать ее, но невольно вздрогнула, так странен показался ей взгляд, брошенный на нее графиней.