Через день они передвинулись еще к востоку.
По каким-то непонятным для профессора признакам старик определил в одном пункте, что здесь есть нерпы. И они расположились на новой стоянке.
В первый же выход поняли, что Цырен на этот раз угадал.
Километрах в пяти от балагана они заметили зверя. Цырен пустил вперед профессора. Тот осмотрел ружье, присел на лед и пополз по направлению к хэпу, толкая перед собой, как учил старик, санки с парусом.
Хэп пуглив и осторожен, при малейшей тревоге скрывается в воду. Промысел за нерпой на Байкале – это скорее охота, чем та массовая бойня тюленей, что происходит, например, на Каспийском море, когда промышленники окружают и убивают целые стада. Начинается промысел в апреле и кончается часто в мае, со вскрытием Байкала. В удачные для промышленников годы добивалось свыше тысячи штук.
Нерпичье мясо едят часто сами промышленники. Жир идет на выделку кожи, изготовление разных мазей и освещение, а шкуры покупаются сибиряками на дохи.
Нерпичный промысел, существующий на Байкале издавна, до сих пор составляет одно из средств жизни прибайкальского населения, как русского, так и бурятского, служа добавлением к охоте за пушным зверем и рыболовству.
Профессору очень хотелось добыть себе для работы несколько целых скелетов нерпы.
Толкая перед собой небольшим шестом саночки и прикрываясь парусом, он тихо подкрадывался к лежащему на льду зверю.
Разглядев нерпу, профессор стал устраиваться, чтобы было удобнее стрелять.