– Видал? – хохотали ребята над удивленным Попрядухиным. – Съел гриб? Наш Майдер – истинный восточный философ.
XVIII. «Писаницы»-скалы
Майдер прекрасно знал лесную глушь и речонки, впадающие с севера в Байкал, и много ускорял путешествие. За доброе дело, совершенное путниками, они были вознаграждены.
Только Попрядухина раздражала религиозность бурята.
Он не пропускал ни одного «священного» предмета. Видя такое место, бурят приходил в молитвенное настроение и начинал без конца бормотать свое: «Ом-ма-ни-бад-ме-хом!»
– Залопотал, индюк! – сердился Попрядухин. – Теперь опять, покуда не кончит, никакого толку от него не добьешься! Эй, тала, будет! Кш! Кш! – махал он на бурята руками.
Ребята хохотали, а Майдер невозмутимо смотрел на старика, продолжая свое бормотание.
– Удивительно, сколько времени у него уходит на все это! – воскликнул Тошка.
– Да еще три обета, – улыбнулся профессор.
Однажды жарким днем, когда несносно палило солнце, бурят – неожиданно остановился и начал разжигать костер.