Звеньевые, тоскуя, стали умолять Самаря позволить им стереть эти позорные пятна — вспахать их. Но Самарь не хотел давать пощады своему самолюбию и был непоколебим. Тогда к Самарю подошел красный партизан Давид Тырса.
— Самарь, — сказал он, — не упрямься, старый черт.
Но Самарь упрямился. Тогда огорченные люди пошли спать, чтобы видеть во сне дурные сны.
Пошел с ними и Самарь на старческих ногах.
Самарь никак не мог уснуть. Он закутывал голову тулупом, жмурился так, что болели веки, но сон не хотел посетить.
Долго мучился так Самарь. И Самарь не выдержал. Он вышел из спящего стана, таясь от людей, взял лопату, пошел в тихую степь и, найдя там четыре огреха, вскопал их. Сделав это, он улыбнулся, поглядел на летящих самолетным звеном журавлей и пошел спать.
1934
Варвар
Под сараем копошился сумрак. Утром в щели влезали голубые полосы света, в них роилась пыль.