— Комиссия.
Хозяин снял цепь с Варвара, а сам бросился в дом. В ворота стучали. Люди вошли в разбитую калитку, но, увидев Варвара, отпрянули. Милиционер вытащил наган.
— Не тронь, — сказали ему. — Пес тоже общественный, нельзя пса портить.
Люди остановились в замешательстве.
— Чего ждете? — кричали сзади. — Мороку разводите. Стреляй, товарищ милиционер.
Вперед вышел старик. Он шел к Варвару, вытянув руку. От старика пахло овцами.
Варвар попятился, шерсть его дыбилась; нежная воркотня человека, его спокойствие, глаза, глядящие в упор, смутили собаку, и она отступила к конуре.
Человек взял цепь, пристегнул к ошейнику, и, когда отнимал руку, собака рванула его за кисть.
Но человек не отскочил, не закричал. Сунув прокушенную руку подмышку, он долго стоял перед конурой, внимательно разглядывая собаку.
И пес, забившись в конуру, вдруг взвизгнул по-щенячьи.