— Андрей! — голос Василия сорвался до шепота. — Марина заболела, лежит, бредит… как у Лельки шила, так и слегла.
Андрей почувствовал, что сердце покатилось куда–то вниз. Он бросил на землю ружье и дичь.
— Василь! Лошадь!..
— Сидай скорей! — прошептал Василий, подводя Серого. — Я его давно подседлал, все ждал тебя. А черта твоего побоялся седлать… — Он виновато улыбнулся, подавая брату повод.
Андрей, не переодеваясь, вскочил на коня.
— Запрягай скорей буланого в линейку да скачи за фельдшером!
Василий еще не успел ответить, как Андрей уже скрылся в темноте…
Целыми днями просиживал Андрей у постели Марины, почти все время метавшейся в бреду. Ежедневно навещавший ее фельдшер беспомощно разводил руками в ответ на умоляющий взгляд Андрея:
— Воспаление легких, не какой–нибудь насморк. — И сердито добавлял: — Ну, я ее выстукаю, а ты того, уходи…
Андрей брел домой, но чаще сворачивал и шел к Сергееву, по дороге заходя за Дергачом.