— По чистой домой пришел?
— Через год на комиссию являться. На переосвидетельствование. — Максим засмеялся. — А через год–то войны не будет.
— Ты так думаешь?.. Так… Но кто ее кончит, а?
Максим не ответил. Сергеев, чиркая спичкой, проговорил:
— Война — она, брат, сама не кончается. Кому–то кончать ее надо.
— Слыхали мы это на фронте, — нехотя произнес Максим.
— Что ж, не веришь?
— Чего не верить? Да только не все понимают это. Солдат — он темный, а офицеры свое гнут, — с ожесточением добавил Максим.
— Так… значит, некому, говоришь? Ну, чего молчишь? — Огонек папиросы вспыхнул ярче, осветив на миг рыжеватую бороду и пару строго смотрящих глаз.