Отправив свою рукопись в редакцию, Аракчеев от волнения не мог всю ночь сомкнуть глаз. Ученый и человек безусловно победили в этой благородной душе эгоизм отца; но он глубоко страдал и минутами был готов ехать сам, хотя и сознавал, что слишком стар для такого путешествия, лишь бы удержать дочь от опасного шага.
Имеретинский видел эту скрытую борьбу в душе Аракчеева и всеми силами спешил с постройкой, чтобы скорей все кончилось и граф дожил до радостного дня возвращения дочери с Венеры.
После наделавших так много шуму статей двух почтенных астрономов в газетной полемике наступило затишье: противные партии ожидали исхода экстренного собрания.
Как раз в это время Добровольский выпустил небольшую брошюру, под заглавием: «Observations de la Lune pendant la première expédition célèste de l'annèe 19..», с параллельным русским текстом. Эти «Наблюдения Луны» были тотчас же переведены на все европейские языки.
Несмотря на некоторую сухость и специальность изложения, брошюра произвела хорошее впечатление. Никому ведь раньше не доводилось наблюдать земного спутника на расстоянии 1000 километров, да еще не закрытого дымкой нашей атмосферы; и поэтому Добровольскому удалось различить массу интересных и важных подробностей. Подводя итог своим кратковременным, но ценным наблюдениям, молодой астроном давал полную картину лунной поверхности и предлагал несколько новых остроумных гипотез.
Кстати появившаяся книжка значительно подняла шансы сторонников экспедиции. Скептики и равнодушные увидели, что даже небольшая экскурсия в межпланетное пространство дала хорошие результаты. Как много, следовательно, в праве наука ожидать от продолжительного плавания по волнам эфира.
Но и партия Штернцеллера деятельно готовилась к собранию 14-го сентября. Члены ее агитировали среди прогрессистов, стараясь завербовать как можно больше сторонников. Многие колеблющиеся и нерешительные действительно перешли на их сторону.
Настроение было сомнительным.
14-го сентября Аракчеев, слегка взволнованный, но пунктуальный, как всегда, ровно в 8 часов вечера взошел на председательское место.
Открывая собрание, он в нескольких словах объяснил, в чем дело, и объявил от имени путешественников, что если клуб отменит свои прежние постановления о поддержке экспедиции, то они вполне подчинятся такому решению и немедленно приостановят работы за счет клуба по постройке аппарата. «Но, — добавил граф, — в таком случае В. А. Имеретинский, конечно, оставляет за собой право добиваться осуществления своего проекта помимо клуба „Наука и Прогресс“.»