— 30 грамм с одного шурфа отошло. Человек от них приезжал.
Неистовое ликование охватывает меня. Я трясу Лукьянова за плечи.
— Значит, не даром старались люди! Значит, выручим Голубинский!
Начинают лучиться и его голубые глаза и, мальчишески раздувая ноздри, он не выдерживает, отвечает улыбкой.
— Должно быть, выручим, Андрей Васильевич, да только не мы!
И опять печален.
— Да, милый, если бы знать верняком, так не нужно было бы и разведывать!
— Верно это, — соглашается Лукьянов, — но обидно. Пофартило же старым чертям! Почему не нам?
Идем осматривать работу. В зеленую спину долинки въелись свежие раны шурфов. Громоздятся кучи наваленной желтой земли.
— Эти три совсем пустые, — докладывает Лукьянов, — вот в этом попался знак. Пустяшная золотинка...