Практичный Петя сразу же решил заняться рыбалкой, чтобы увеличить продовольственные запасы.
На другой же день он и Володя загородили устье речки самоловами и поставили в заливчике сеть.
Первые дни проходили неплохо. Иван Николаевич обрабатывал свои дневники и продолжал исследовать руду. Николай бродил с винтовкой но хребтам и частенько добывал глухарей.
А Петя с Володей, наловив достаточно рыбы, пожелали коптить ее впрок.
Для этого они прокопали в обрыве берега печурку, обложили ее плитками камня, а сверху построили шалаш из коры и хвои. Когда в печурке раскладывали огонь, то дым валил через шалаш, густо наполняя его.
Убедившись, что печь для копчения действует хорошо, наши рыбаки развесили в шалаше слегка подсоленую рыбу, а в огонь подкладывали сырых тальниковых дров пополам с лиственничными. Получался хороший для копчения дым.
Продежурив поочереди у печи целую ночь, рыбаки угостили на утро друзей такой прекрасной рыбой, что Иван Николаевич заявил; что в жизни своей он не едал ничего «более вкусного!
Но дни шли за днями и понемногу становилось скучно. Все привыкли к движению, к постоянной смене впечатлений, а тут, сиди на одном месте, где каждый кустик надоел до тошноты!
Речонка совсем почти пересохла и лишь серединой сочилась журчащим ручейком.
Ночи стали холодными, береза желтела, листья рябины делались красными. Утрами долго держались на реке туманы. Даже в самой Тунгуске вода убывала с каждыми сутками.