(Брифрин). Ну, да все-таки как же порешили?
(Кудред). Вот тебе бумага, если прочтешь.
(Брифрин). Что ты? так у вас судьи пишут? Слышь ты, народ? писанная бумага! У нас во всем ширстве, да и выше, во всем Весексе, ни один шир, ни альдерман не умеет писать. Ишь ты, какие каракульки! Тут где-нибудь должно быть АВС, я уж знаю: меня было начинал учить один церковник.
Турпил Вульфингу. Я думаю, нет мудренее науки, как письмо. Попы все-таки прочтут.
Брифрин, обращаясь к Киссе. Высокородный тан, прочти-ка; ты, верно, знаешь.
Кисса. Поди прочь, я тобе не поп.
Гунтинг. Давай, я прочту.
Турнил. Кто он?
Вульфинг. Не знаю.
Голос. Это, видишь, тот, что был школьным учителем. Да теперь датчане разорили школу.