— В борьбе с нами он не имеет ни малейших шансов на успех, но так как он не похож на людей его профессии, то попробуем вести переговоры. Вас можно будет послать для передачи моих условий? Впрочем, если он вдруг раскается в своем великодушии, то вам придется…
— Я вам ручаюсь за него! — перебил горячо Уильдер. — Дайте сигнальный выстрел, поднимите парламентерский флаг, и я готов на все опасности, чтобы вернуть его на путь закона.
— Да, это хорошо! — сказал капитан задумчиво. — Хотя успех переговоров может уменьшить наши заслуги, но, может-быть, и это будет оценено начальством.
Капитан Бигналь был добрый человек, хотя и казался суровым на вид, и поэтому, остановившись на принятом решении, они с лейтенантом тотчас же приняли необходимые меры. Руль корабля был повернут под ветер и в тот момент, когда нос его повертывался, столб пламени вырвался с переднего борта, извещая, по морским правилам, отдаленное судно, что с ним желают вступить в переговоры. В то же время на мачте был поднят белый флаг мира.
Наступил момент неопределенного ожидания, но он продолжался недолго. На переднем судне по ветру пронесся столб дыма, потом донесся оттуда гром пушки, и такой же белый флажок взвился по ветру. Но никакого другого флага не красовалось рядом с этой эмблемой мира.
— Да, этот оригинал деликатен и не показывает нам своего флага, — заметил Бигналь, считая это благоприятным признаком. — Подойдем к нему ближе, и тогда вы спуститесь в шлюпку.
В виду этого прибавили паруса, и «Стрела» приблизилась к Корсару на половину расстояния пушечного выстрела. Уильдер сказал командиру, что дальнейшее приближение может быть истолковано, как военная хитрость. Поэтому тотчас же была спущена шлюпка с белым флагом на корме.
— Так, значит, вы объяснили ему преимущества наших сил, он — человек понимающий? — говорил капитан, повторяя в сотый раз свои наставления. — Если он примет мои условия, то вы можете обещать ему амнистию его прошлых поступков и можете сказать, что я употреблю все, что в моих силах, чтобы добиться полного прощения, по крайней мере, для него. Ну, пожалуйста, Гарри, не проговоритесь о том, какую аварию мы потерпели в стычке с ним в марте… Да, ужасный дул тогда ветер. Прощайте, желаю вам успеха!
Когда капитан дал последние наставления, шлюпка отчалила и удалилась от корабля.
Во время довольно долгого переезда много мыслей промелькнуло в голове молодого моряка. Тревожила его и перспектива опасности, связанной с поручением, и встреча с Корсаром, но воспоминание о великодушии этого странного человека успокаивало его.